fbpx

— Это, — сказала она, держа в руках тетрадь, — это дневник, который я вела в реабилитационном центре Бетти Форд. Все, кто там лечился, должны были это делать. Я прочитаю первую запись.

«Сегодня пятница. Я здесь с вечера понедельника, одного из самых странных и страшных вечеров в моей жизни. Не говоря уже об одиночестве. Но я не одна. Здесь такие же люди, как я, которые страдают так же, как и я, у которых, как и у меня, болит изнутри и снаружи, люди, которых я научилась любить. Это опыт, не похожий ни на один из известных мне ранее».
 


Она подняла глаза. «Мне читать дальше?»
И продолжила.
«Мы ничего не хотим друг от друга, кроме как делиться и помогать. Вероятно, впервые с 9 лет никто не собирается меня эксплуатировать. Теперь плохие новости. Я чувствую себя как в аду. Это ломка. Я чувствую, что мое сердце колотится и раздувается. Чувствую, как течет по телу кровь. Я почти вижу как алые потоки огибают валуны в моей заполненной болью шее и плечах, затем через уши и в колотящуюся голову. Мои веки трепещут. Боже, я так устала».

Прошло чуть больше года с тех пор как Элизабет Тейлор, чья карьера в кино, браки и болезни уже стали голливудской легендой, покинула Центр реабилитации наркоманов и алкоголиков Бетти Форд в Ранчо Мираж, штат Калифорния, где её лечили от алкоголизма и наркотической зависимости. Актриса поделилась своим опытом в интервью:

«Я была первой знаменитостью, которая пошла в этот центр. После меня там побывало немало звезд: Лайза Миннелли, Мэри Тайлер Мур, Тони Кертис, Джонни Кэш. Только не думайте, что центр — это СПА для звезд. Там лечатся самые разные люди, включая уличных наркоманов. Это великий выравниватель. Я знала, что публика всё равно узнает, поэтому ничего не скрывала. Я надеялась, что люди меня поймут. Друзья поддержали меня — никто меня не отверг.

Трезвость — единственный способ остаться в живых.

Это не просто — признать себя пьяницей, но мне пришлось это сделать, было необходимо с этим столкнуться. Пьяница он и есть пьяница. Тот, кто пьет слишком много, тот пьяница, алкоголик. Тот, кто принимает слишком много таблеток, тот наркоман. Не существует более вежливого определения.

В декабре 1983 года мисс Тейлор была госпитализирована, якобы из-за непроходимости кишечника. В клинике её навестили дети, брат и золовка, а также актер Родди МакДауэлл. Их визит стал тем, что в реабилитационных центрах называется интервенцией.

«Я была в таком одурманенном оцепенении, что, когда они вошли в мою комнату, подумала: «О, как хорошо, что вся моя семья пришла сюда», — сказала Лиз Тейлор. — «Затем они сели, и каждый читал по заранее подготовленной бумаге, каждый говорил, что любит меня и описывал инциденты, когда он был свидетелем моего падения. И каждый говорил, что если бы я продолжила в том же духе, я бы умерла.

Тогда я поняла, что моя семья не пришла бы сюда, если бы я не достигла реального дна. Я не злилась на них. Я была удивлена. Затем, испытывая чувство вины, я осознала, что должна получить помощь. Я превратилась в алкоголичку и наркоманку, и всё, что от меня требовалось — взять ту же решимость и волю, которые привели меня в эту точку, и заставить их работать на себя. Только вы способны принять это решение. В тот же вечер я поехала в центр».
 

 
Элизабет Тейлор провела в клинике Бетти Форд семь недель. Как и другим пациентам, ей приходилось делить комнату с незнакомцем. Она носила джинсы и спортивную одежду, ела в кафе и ходила на ежедневные встречи, подобные тем, что проводят Анонимные Алкоголики.

Первая неделя была отведена детоксикации. «У меня была ужасная абстиненция», — сказала мисс Тейлор. — «Пока это происходит, вы много говорите об этом со своими консультантами и страдаете. Но у меня хотя бы не было судорог! Ко второй неделе я наконец признала, что я алкоголик и у меня были проблемы с наркотиками. Видите ли, я всегда думала, что могу бросить пить, когда захочу. Это классика. Например, я всегда останавливалась, когда проходила программу по снижению веса. Или проснусь с похмелья и говорю: «О боже, я больше никогда не буду пить». Да, не буду до следующей Кровавой Мэри. Я должна была научиться говорить правду.

В клинике Бетти Форд нет решеток на окнах и нет замков.
«Вы можете уйти, если хотите. Всё, что тебя там держит — это твоя честь. Дисциплина делает центр более эффективным. Я никогда не ходила в школу, поэтому правила для меня сработали. Подъем в 6:30, завтрак в 7, потом собрания, лекции и групповая терапия.

«Отказ от любой зависимости — это непрерывный процесс. Несмотря на то, что статистика выздоровления в центрах Бетти Форд составляет около 75%, не похоже, что 7 недель лечения отменяют годы употребления наркотиков и алкоголя. Вы должны сами делать то, чему вас научили. Вы должны оставаться чистым — это главное обязательство. Если нужно немного себя подогреть, есть ключевые люди, которым можно позвонить в любое время дня и ночи. Когда трудно, повторяете «Молитву безмятежности» Анонимных Алкоголиков. Но лечение в центре работает не всегда. Питер Лоуфорд (актер, зять Джона Кеннеди, умер в 1984, через год после лечения в клинике) был там в то же время, что и я. К сожалению, у него не получилось».

После реабилитации мир узнал новую Элизабет Тейлор: ослепительную женщину и мудрого политика, которая использует свою известность, чтобы создать свой благотворительный фонд и собрать 120 миллионов для борьбы со СПИДом.
 
 
Источник: New York Times
 
 

НАПИСАТЬ СПЕЦИАЛИСТУ

НАПИСАТЬ СПЕЦИАЛИСТУ